Неоднократно отмечалось, что своеобразия НФ как вида литературы объясняется тем, что фантастические произведения изображают альтернативные миры, отличающийся от реального мира, изобилующие реалиями и коллизиями, несвойственными обычной жизни. Каждый автор, в меру своего мастерства и фантазии, отроит свой собственный мир, иногда почти неотличимый от обыденной жизни (К. Булычев, Г. Уэллс, Ст. Кинг, некоторые повести Стругацких), а иногда настолько несопоставимый с реальностью, пронизанный столь своеобразной логикой и своеобычный, что от читателя требуется известная квалификация и сильное напряжение фантазии, чтобы понять сел автора и принять его систему категорий (Р. Шекли, Фр. Херберт, Ст. Лем).

Фантастические реалии, которыми авторы заселяют свои сотворенные миры, естественно, требуется как-то назвать. Это очень трудная задача, и далеко не всякому писателю удается убедительно описать свой мир, создать картину, которую читатель смог бы воспринять. Признанными мастерами "фантастического правдоподобия" являются уже упомянутые Станислав Лем, братья Стругацкие, а также Клиффорд Саймак, Гарри Гаррисон и другие. Названия фантастических реалий, встречающиеся в произведениях этих авторов, представляют собой, в сухости, уникальный заповедник гоблинов: нигде больше потенциальность языка, проявляющаяся в окказиональной лексике, не манифестируется так изобильно. Корпус окказиональной лексики НФ литературы можно рассматривать со многих точек зрения. Вот возможно подходы:

1. Степень окказиональности. По этому признаку окказионализмы различаются в широких пределах: от слов, практически уже не воспринимающихся как окказиональные ("бластер", "космолет", вспомним также классический пример со словом "робот", ставшим теперь уже общеупотребительным, нейтральным словом), до слов резко индивидуальных, привязанных к определенному автору, произведению и даже определенному контексту ("алаец", "капес", "левиум").

2. Окказиональность в плане выражения - "массаркш", "слег"; и в плане содержания (семантические окказионализмы, по терминологии Эр. Ханпиры) - "ускоритель", "галоша", "уолдо" (Азимов).

3. Окказионализмы, созданные на материале того языка, на котором произведение написано, и образованные путем заимствования слов (или морфем) из других яэыков. Для русского языка примерами оккааионализмов первого типа являются "репа" (К. Булычев), "вертячка", "этак" (Стругацкие); примеры второго типа - распространенное в фантастике словечко "флаер", "сталкер" (Стругацкие). Возможны примеры смешанного типа - сочетание заимствованной основы с исконным аффиксом - "некротка" (Лем).

4. Структурная классификация НФ окказионализмов:

а) фонетические окказионализмы - слова, представляющие собой не зарегистрированные в языке сочетания фонем - "массаракш", "слег";

б) морфологические окказионализмы - необычные сочетания морфем - "мокрец", "вертячка", "погодник". Специальный случай - необычное сочетание корневых морфем, дающее окказиональное сложное слово: "ракопаук", "эеброжираф";

Возможен тип, промежуточный между (а) и (б) - слово, составленное из корневой морфемы типа (а), соединенной с аффиксом - "алаец", "хонтийский" и т.д.;

в) синтаксические окказионализмы - необычнее сочетания слов - "жгучий пух", "министерство охраны короны", "Золотой Шар" и т.д. (Все примеры в этом разделе из Стругацких).

Разумеется, эта классификация далеко не исчерпывает всех возможностей анализа окказиональной лаксики, встречающейся в НФ. Однако, уже сейчас ясно, что НФ является одним из самых любопытных полигонов, на которых "обкатываются" аспекты языка, носящие потенциальный, неактуализованный характер.

Ю. Н. КОВАЛИК
Николаев